hai-nyzhnyk@ukr.net
Custom Search

«Україна – держава-трансформер, яку зібрала й контролює космополітично-денаціональна кланова мафія, що вибудувала в країні новітній неофеодалізм за принципом політико-економічного майорату. У цієї злочинної влади – приховане справжнє обличчя, що ховається під кількома масками, подвійне дно із вмонтованими нелегальними (нелегітимними) додатковими рушіями, механізмами та схемами управління, а шафа її уже давно переповнена потаємними скелетами, яким чим далі тим більше бракує у ній місця і які ось-ось виваляться на світ Божий» Павло Гай-Нижник

Павло Гай-Нижник


Опубліковано: На организацию убийства гетмана Скоропадского Лев Троцкий выделил около четырех миллионов рублей (интервью взял А.Топчий) // Факты и комментарии. – 2012. – 16 листопада. - С.24.



Андрей ТОПЧИЙ, «ФАКТЫ»   

94 года назад Директория подняла восстание против гетмана Скоропадского, ставшее прологом к событиям, которые привели к потере Украиной независимости

Согласно одному из сложившихся исторических мифов, в годы Гражданской войны в Украине именно Центральная Рада и ее правопреемница Директория Симона Петлюры и Владимира Винниченко олицетворяли борьбу за государственность и независимость Украины. А раз так, то и свержение режима гетмана Скоропадского в ноябре 1918 года воспринимается многими отечественными историками на ура — как часть украинских «визвольних змагань». Доктор исторических наук Павел Гай-Нижник придерживается другого мнения о событиях 94-летней давности. Ученый рассказал «ФАКТАМ» о том, как украинские революционеры участвовали в подготовке антигетманского переворота.

— Украинская держава гетмана Павла Скоропадского воспринимается сейчас большинством соотечественников как марионеточное правительство, посаженное немцами для выкачивания из страны зерна и полезных ископаемых, — говорит Павел Гай-Нижник.

— А ведь на то время это был один из немногих островков стабильности и порядка на руинах бывшей Российской империи. В украинских городах прилавки ломились от продовольствия, работали рестораны и театры, тогда как в России царили голод и разруха. Не зря значительная часть русского дворянства, интеллигенции и купечества перебиралась в Киев и там оседала. Конечно, нельзя утверждать, что все было безоблачно. И все же в стране происходили плавные процессы, направленные на обретение полноценной независимости от Австрии и Германии и достижение доминирующих позиций в восточноевропейском регионе.

Такой порядок вещей не устраивал представителей бывшей Центральной Рады, свергнутой Скоропадским весной 1918 года. Ведь значительную часть опального правительства составляли социалисты, не поделившие с большевиками власть и мечтавшие о новой революции. К идеологическим разногласиям с гетманом, строившим сильное государство, прибавлялись их личные обиды и амбиции. Еще в мае 1918 года они объединились в оппозиционный гетману Украинский Национальный Союз, вобравший в себя социалистов разных мастей. Старые соперники быстро забыли о своих конфликтах и совместно начали готовить плацдарм для нового переворота.

— Но ведь Директория и петлюровщина стали символами борьбы с красными в Украине...

— Об этом не принято сейчас говорить, но даже некоторые части петлюровских войск, наступавших на Киев, двигались далеко не под сине-желтыми знаменами. Над войсками Директории гордо реял красный флаг, а сами «самостийныки» больше мечтали о борьбе с «панами, буржуями и офицерами», победив которых, можно было возвращаться домой и там «все поделить».

*Покушение на гетмана планировали совершить   
в конце сентября 1918 года во время его поездки в Германию   

Тесные контакты между украинскими социалистами и большевиками возобновились в конце октября — начале ноября 1918 года. В этот период состоялось несколько встреч вдохновителя антигетманского переворота Владимира Винниченко с членами «мирной» делегации из Москвы Дмитрием Мануильским и Христианом Раковским. В ходе общения они обсудили условия передачи большевиками денег, оружия и боевиков для помощи в антигетманском восстании. Причем заговорщики особо не скрывались и, кроме конспиративных квартир, использовали для встреч даже квартиру заместителя министра финансов Директории социал- демократа Василия Мазуренко. В ходе бесед Винниченко выпрашивал у большевиков обещание не начинать боевых действий против Украины и признать социалистическую республику независимым государством. Посланники Ленина дали такие гарантии, правда, только устные.

Спустя три месяца, выступая с трибуны созванного в Киеве Директорией Трудового конгресса (в это время Красная Армия уже находилась на подступах к городу), Винниченко сам признал факт переговоров с большевиками: «Украинская Народная Республика обязалась обеспечить легальное существование на Украине партии коммунистов, а также нейтралитет в борьбе Советской России с ее внешними врагами. Во время противогетманского восстания большевики не дали нам никакой помощи, да мы ее и не ожидали. Мануильский заявлял, что они абсолютно ничего не могли прислать нам из России. Но когда возглавляемое Директорией восстание начало побеждать, а из Одессы послышались угрозы Антанты, у большевиков сразу нашлись силы. Они занимают Гомель и начинают наступление против нас на Черниговщине и Харьковщине. В Харькове большевики во главе с Пятаковым, Артемом и другими выпускают воззвание, в котором приписывают себе заслугу свержения гетмана и провозглашают советскую власть на Украине. Такого вероломства со стороны большевиков украинские социалисты не ожидали».

— Неужели служба безопасности Павла Скоропадского не видела назревающего заговора?

— Еще в конце июля начальник особого отдела штаба гетмана Дмитрий Бусло рапортовал о наличии в столице Украины «агентов советского правительства», установивших непосредственный контакт с большевицким подпольем для организации антигетманской агитации. В докладах указывалось на деятельность особых террористических групп в Киеве и других городах Украины. На тот момент наиболее крупные центры набора будущих революционеров располагались в столице Украины под патронатом «советской мирной делегации» и в Одессе, где подполье курировал большевик Павел Дыбенко. Вот как описывал эту подготовку командующий вооруженными силами юга России генерал Антон Деникин: «Большевицкие центры подготавливали повсеместно „революционные комитеты“, проводили учет сил и вербовку красноармейцев якобы для Восточного фронта настолько открыто, что адреса регистрационных бюро зачастую не были секретом и объявления об их функциях иногда появлялись в печати. Обеспокоенные этим явлением украинские власти пробовали бороться с ним, что удавалось отчасти в Одесском районе, занятом австрийцами, но в зоне германской оккупации встречали решительное противодействие военной германской власти».

*Сечевые стрельцы стали вооруженным ядром повстанческой армии    

11 октября 1918 года украинский совет министров направил германскому правительству телеграмму с обвинениями в фактическом потакании революционерам. Однако реакции не последовало. В итоге, несмотря на давление со стороны немецкой администрации, энергичный и инициативный министр внутренних дел Скоропадского Игорь Кистяковский решился лично задавить готовящийся путч в зародыше. «Державна варта» (выполняла функции полиции в гетманской державе. — Авт.) арестовала кураторов набора добровольцев и провела обыски в помещениях советской делегации и консульства. Последовавшая серия арестов выявила всю степень нависшей угрозы. Была доказана прямая связь большевиков с Украинским Национальным Союзом. Причем посредником между ними выступали представители... германского штаба.

Немецкое командование оригинально отреагировало на факты, выставившие союзников гетмана в столь неприглядном виде. Советник Тиль, являвшийся временным заместителем немецкого посла барона Мумма, в крайне резкой форме потребовал немедленного освобождения всех арестованных и возврата изъятой переписки, а также... увольнения с поста министра Кистяковского, посмевшего распутать клубок дипломатических интриг. Из солидарности с опальным министром еще девять членов правительства также подали в отставку. Чуть позже немцы вынудили Скоропадского освободить из заточения еще одного социалиста — Симона Петлюру, арестованного в конце июля. Петлюра сразу выехал из Киева в Белую Церковь, чтобы на следующий же день вместе с Винниченко... возглавить восстание против гетмана. Впоследствии Скоропадский оправдывался, что в противном случае немцы угрожали освободить будущего атамана Петлюру силой.

— Финальным аккордом сотрудничества социалистов и большевиков должно было стать покушение на гетмана, — продолжает Павел Гай-Нижник. — В начале октября контрразведка Деникина информировала украинских коллег о прибытии в Киев специального советского чиновника-агента, основным заданием которого являлась организация убийств Скоропадского и донского атамана Краснова. На реализацию этой затеи председатель Реввоенсовета РСФСР Лев Троцкий выделил около четырех миллионов рублей. Правда, вскоре большевики отказались от идеи убийства Краснова, дабы не настраивать против себя донское казачество. Украинского гетмана планировали уничтожить еще в конце сентября во время поездки в Германию, для чего была создана специальная группа боевиков. Но украинским спецслужбам удалось раскрыть план покушения, чем и объяснялась высокая степень секретности передвижения Скоропадского в Германии. Сразу же после убийства гетмана украинские социалисты должны были начать восстание. Сами они не могли уничтожить Скоропадского, так как не имели хорошо подготовленных боевиков. Зато на территории соседнего государства их было более чем достаточно.

— Тем не менее восстание все же произошло...

— В начале ноября сложились наиболее благоприятные условия для совершения переворота. Германские войска на территории Украины уже не представляли серьезной угрозы для восставших. Солдаты сами находились под влиянием революционной пропаганды, а офицерский состав был деморализован поражением страны в Первой мировой войне. У самого же гетмана фактически не имелось собственных вооруженных сил, хоть за месяцы своего правления Скоропадскому удалось сформировать штабы и офицерские кадры, а с 15 ноября гетман планировал провести первый призыв в армию. Поэтому заговорщики решили действовать незамедлительно. Чтобы усыпить бдительность властей, члены Национального Союза выпустили декларацию о том, что восстание принесет только вред государству. А в это время лидеры заговорщиков уже находились в Белой Церкви под Киевом, где размещался полк сечевых стрельцов, командир которого Евгений Коновалец принял сторону социалистов. Именно сечевики стали впоследствии ядром повстанческой армии.

Заговорщики планировали создать революционный триумвират в составе Владимира Винниченко, Никиты Шаповала и Симона Петлюры. Последний, кстати, при освобождении из тюрьмы дал Скоропадскому слово не выступать на стороне восставших. Однако когда на решающем совете Винниченко предложил Петлюре: «Уже все готово! Хотите с нами?» — Петлюра ответил: «Иной дороги, кроме восстания, нет».

Официальным поводом для восстания стала грамота Павла Скоропадского о федерации с будущей Россией. Подобным дипломатическим поворотом гетман пытался привлечь на свою сторону десятки тысяч русских офицеров, находившихся на территории Украины. Вот только в газетах это воззвание было опубликовано только 14 октября. А решение о начале восстания приняли еще вечером 13-го. Подготовка к нему, как уже говорилось, велась фактически с самого прихода гетмана к власти.

Как показали дальнейшие события, практически все гетманские части перешли на сторону восставших. Исключение составили только офицерские отряды. Спустя месяц Украинская держава Скоропадского прекратила свое существование. К власти, как и в 1917 году, опять пришли социалисты. И если при Скоропадском в состав Украинской державы, помимо нынешней территории Украины, входили еще Кубань и часть Гомельской области, то новые «спасители» нации быстро переругались между собой за право распоряжаться полученным лакомым куском, а после и вовсе отвергли идею соборности страны. Симон Петлюра отказался от Западной Украины в пользу Польши, а Владимир Винниченко вместе с рядом министров покаялся за свои «грехи» перед большевиками и перешел к ним на службу. Их примеру последовал и бывший глава Центральной Рады Михаил Грушевский, тем самым отрекшись от памяти студентов, в январе 1918 года посланных им на смерть под станцию Круты для борьбы с большевиками.

К сожалению, история имеет склонность повторяться. Сегодняшняя ситуация в Украине — яркий тому пример.




 
БУЛАВА